Лента новостей

Популярное

2 мая исполнилось 205 лет со дня убийства Владетельного князя Абхазии Келешбея Чачба

3019
12:50, 2 Мая 2013

2 мая исполнилось  205 лет со дня убийства владетельного князя Абхазии Келешбея Чачба (1747(?) – 1808гг.),

Келешбей Чачба (Шервашидзе), правивший в Абхазии с начала 80-х годов ХVIII века, оставил глубокий след в истории. Он сумел подавить сепаратизм крупных абхазских феодалов, усилить центральную власть. Стремясь добиться независимости от Турции, Келешбей стал искать контактов с Россией. В 1806 году пошел на открытый разрыв со Стамбулом, после чего стал фактически независимым правителем. В ходе русско-турецкой войны 1806–1812 гг. Келешбей выступил на стороне России, хотя был в натянутых отношениях с царской военной администрацией на Кавказе. 2 мая 1808 года князь Келешбей в результате заговора был убит в Сухуме.

***

КЕЛЕШБЕЙ ЧАЧБА В АБХАЗСКОЙ ИСТОРИОГРАФИИ

Канд. истор. наук Сослан Салакая

Владетельный князь Абхазии Келешбей Чачба-Шервашидзе (1747(?)–1808), правивший в Абхазии с начала 80-х годов ХVIII века, оставил глубокий след в местной истории. Он сумел подавить сепаратизм крупных абхазских феодалов, усилить центральную власть. Стремясь добиться независимости от Турции, Келешбей стал искать контактов с Россией. В 1806 году пошел на открытый разрыв со Стамбулом, после чего стал фактически независимым правителем. В ходе русско-турецкой войны 1806–1812 гг. Келешбей выступил на стороне России, хотя был в натянутых отношениях с царской военной администрацией на Кавказе. 2 мая 1808 года князь Келешбей в результате заговора был убит в Сухуме.

Жизнь и судьба этого выдающегося государственного деятеля Абхазии конца XVIII – начала XIX века не могла не обратить на себя внимания исследователей. Его внутренняя и внешняя политика получила в абхазской исторической науке широкое освещение, однако оценка деятельности владетеля была разной, порой диаметрально противоположной.

Одним из первых местных историков, обратившихся к фигуре Келешбея, был К.Д. Кудрявцев, который довольно подробно, хотя и путано изложил политику Келешбея в вопросах присоединения Абхазии к России. Несмотря на господствовавшее тогда негативное отношение к царскому самодержавию и его политике, деятельность Келешбея у Кудрявцева получила весьма высокую оценку [Кудрявцев 1922, с. 155–156]. Резко негативная оценка царской России была высказана С.П. Басария. Включение Абхазии в состав Российской империи рассматривается им как отрицательное явление, приведшее к колониальному закабалению и массовому махаджирству1. Такое же отношение автора и к лицам, причастным к этим событиям [Басария 1923].

В начале 30-х годов прошлого века в Абхазии, как несколько ранее в центре, борьба за «партийность» науки приводит к формированию марксистской школы историков [Подробнее см.: Салакая 2009]. Одним из первых историков-марксистов Абхазии являлся А.В. Фадеев, в исследованиях которого эпоха правления Келешбея занимает значительное место. Анализируя политику владетельного князя, Фадеев отмечает, что Келешбей сильно укрепил центральную власть, подавил сопротивление крупных феодалов, после чего, мечтая об освобождении от турецкого протектората, стал искать поддержки России. «Но в 1808 году Келешбей был убит своим сыном Асланбеем. Последующая борьба за власть между его детьми уже была борьбой турецкого (Асланбей) и русского (Сефербей) влияния» [Фадеев 1931, с. 36]. Последнее для Фадеева было абсолютным злом, так как, развивая основные постулаты господствовавшей в первой половине 1930-х годов в советской историографии школы М.Н. Покровского, автор крайне негативно оценивал последствия присоединения Абхазии к России. Российский «“военно-феодальный” империализм уже включил Абхазию в свои захватнические планы завоевания Кавказа и Черноморского побережья» [Фадеев 1931, с. 36].

В последующих работах А.В. Фадеев в основном повторяет свои предыдущие выводы, но существенно их дополняет. Так, им дана более развернутая характеристика внутренней и внешней политики Келешбея. Исследователь в частности отмечает, что владетель «недооценивал захватнические стремления царской России, думая, что она лишь борется против Турции, но не имеет тенденции к захвату Абхазии». Говоря об убийстве Келешбея, автор несколько смещает акценты. По-прежнему убийцей объявляется Асланбей, но организаторами заговора называются Турция и мингрельские владетели, опасавшиеся осуществления замыслов Келешбея. Ниже же говорится, что русское военное командование закрепилось не только в Восточной Грузии, но и в Мингрелии [Фадеев 1932, с. 12].

Наиболее крупной работой А.В. Фадеева 1930-х годов является «Краткий очерк истории Абхазии» [Фадеев 1934] , в котором также немало места посвящено Келешбею. Его политика в целом оценивается положительно — борьба с сепаратизмом крупных феодалов за централизацию княжества, противодействие турецкому протекторату рассматриваются как прогрессивное явление. Вместе с тем, как и в предыдущих работах, А.В. Фадеев пишет об отрицательных моментах политики владетеля: о чрезмерной жесткости, переходящей в жестокость, не всегда последовательном курсе внутри страны и во внешних сношениях и, главным образом, о покровительстве работорговле. По-прежнему А.В. Фадеев дает негативную оценку политике России в Абхазии (название соответствующей главы — «Захват Абхазии царской Россией» — говорит само за себя). Но вместе с тем исчез тезис о косвенной причастности России (через мегрельских правителей) к убийству Келешбея. Незадолго до начала Великой Отечественной войны появились первые статьи известного грузинского историка И.Г. Антелава, много лет проработавшего в Сухуме. Среди них можно выделить статью «Эпизоды из истории борьбы Грузии против агрессии султанской Турции XVI–XVIII веков» [Антелава 1939]. Автор без тени сомнения включает Абхазию в систему западногрузинских политических образований (Имеретинское царство, Гурия и Мегрелия). Что же касается интересующего нас периода, то статья затрагивает самое начало XIX века, так как подробно рассматривается деятельность Келешбея, которая оценивается автором весьма высоко. В частности, отмечалась его борьба с крупными феодалами, стремление к централизации. Особенно много написано о борьбе с Турцией и стремлении войти в состав России. Это полностью соответствовало утвердившейся с подачи высшего партийного руководства новой концепции в советской исторической науке о вхождении народов Кавказа в состав Российской империи как о «наименьшем зле» по сравнению с господством султанской Турции и шахского Ирана, которое грозило бы им физическим истреблением.

В 1939 году началась научная деятельность выдающегося абхазского ученого, крупнейшего специалиста новой истории Абхазии Г.А. Дзидзария. Вскоре после прихода в Абхазский научно-исследовательский институт Г.А. Дзидзария издает первую самостоятельную научную работу — «Борьба за Абхазию в первом десятилетии XIX века» [Дзидзария 1940]. Несмотря на небольшой объем (32 стр.), книжка содержит богатый фактический материал. В ней ярко обрисована борьба ведущих держав за Абхазию и Кавказ в целом в начале XIX века, дан яркий образ владетеля Абхазии Келешбея Чачба-Шервашидзе, внешняя и внутренняя политика которого оценивается автором высоко. Дзидзария являлся сторонником традиционной точки зрения по поводу убийства Келешбея, то есть считал виновником смерти отца его старшего сына Асланбея, которой он придерживался до своих последних работ. При этом Дзидзария писал, что Абхазия была все же завоевана Россией и что власть Сафарбея Чачба держалась лишь на русских штыках.

В 1940-е годы Г.А. Дзидзария работал над монографией о Келешбее, но на VIII (1950 г.) Сухумской городской партконференции ученый был подвергнут резкой критике, с которой выступил директор Сухумского педагогического института Р.К. Цулукидзе, который работу не читал и даже не держал в руках [Дзидзария 2006, с. 473–474]. Дальнейшая судьба рукописи неизвестна, не обнаружена она и в личном архиве ученого.

В 1949 году вышла книга И.Г. Антелава «Очерки по истории Абхазии XVII–XVIII вв.» [Антелава 1949]. В этой работе дается весьма высокая оценка деятельности Келешбея Чачба, направленной на подавление сепаратизма абхазских феодалов и борьбу с Турцией. Однако вскоре отношение к личности Келешбея Чачба меняется, хотя, казалось бы, в свете «багировской теории», признававшей вхождение в состав Российской империи «отсталых» народов Кавказа абсолютным благом, а национально-освободительное движение горцев — реакционным, все должно было остаться неизменным, если не больше. Причиной историографического поворота стали сделанные с подачи партийного руководства «новые открытия» грузинских ученых, объявивших абхазов этнографической группой грузин. В связи с этим с начала 1950-х годов Келешбей превращается в одного из самых критикуемых и преследуемых персонажей абхазской истории. Его основная «вина» заключалась в том, что владетель боролся за самостоятельность Абхазии, т.е. согласно исторической концепции конца 1940-х — начала 1950-х годов выступал против наиболее прогрессивного для Грузии объединительного процесса. Кстати, в сепаратизме был обвинен и ряд известных деятелей грузинской истории, например, мегрельский владетель Леван II Дадиани, который также был объявлен реакционером.

В свете новых политико-идеологических установок многим исследователям срочно пришлось менять свои взгляды. Характерным является предисловие И.Г. Антелава ко второму изданию его «Очерков истории Абхазии XVII–XVIII веков». Автор каялся, что в первом издании этой работы (1949) был допущен целый ряд ошибок. Одной из самых заметных являлось восхваление деятельности Келешбея, тогда как, согласно новейшим разработкам, Келешбей является реакционной фигурой, сыгравшей отрицательную роль в истории. Кроме указания на собственные «ошибки», И.Г. Антелава пишет, что подобных «ошибочных взглядов» придерживаются и другие ученые и деятели культуры Абхазии, например, Г. Дзидзария, Г.Д. Гулиа и другие [Антелава 1951, с. 3].

После смерти Сталина и осуждения его культа абхазский народ и его история были реабилитированы. Появляются новые исследования по различным периодам истории Абхазии, в том числе и за пределами республики. Здесь необходимо отметить работы ставшего к тому времени профессором Московского университета А.В. Фадеева, и прежде всего его капитальную монографию «Россия и Кавказ первой трети XIX века». И хотя Абхазия не является главной темой исследования, автор уделяет ей много внимания. Подробно описывается дипломатическая ситуация вокруг Абхазии, взаимоотношения Келешбея с русским военным командованием на Кавказе, присоединение Абхазии к России. А.В. Фадеев указывает, что нерешительность правительства России при рассмотрении просьбы Келешбея о принятии в русское подданство вызвана опасением бурной реакции Турции, которая придавала Абхазии особое значение на Кавказе [Фадеев 1960, с. 117]. Исследователь в целом высоко оценивает деятельность Келешбея. В вопросах убийства абхазского владетеля и присоединения Абхазии к России А.В. Фадеев придерживается традиционной версии. Более того, он ее почти канонизировал, воспроизведя на страницах многотомника «История СССР», отражавшего в тот период официальную точку зрения на историю страны [История СССР 1964].

К 150-летнему юбилею вхождения Абхазии в состав России вышла большая монография Г.А. Дзидзария, посвященная этой дате [Дзидзария 1960]. Процесс присоединение Абхазии к России автор рассматривает в тесной связи с развитием восточного вопроса на широком фоне сложной и быстро меняющейся в начале XIX века обстановки на Ближнем Востоке. В данной работе Г.А. Дзидзария придерживается мнения, что происшедшее в 1810 г. присоединение к России являлось единственно правильным решением, избавившим абхазский народ от внутренней раздробленности и междоусобных войн, усугублявших замкнутость хозяйственной жизни. Тем самым не без влияния господствовавшей тогда исторической концепции Дзидзария отказался от своих предыдущих взглядов относительно завоевания Абхазии царской Россией. В присоединении к России автор видит устранение угрозы окончательного порабощения Абхазии со стороны султанской Турции. Он считал, что султанское правительство в годы своего господства над Абхазией стремилось консервировать отсталые способы производства, насаждало мусульманство и уничтожало христианские памятники, превращало местных феодалов в своих пособников, поощряло работорговлю, опустошало край во время военных нашествий. Присо единение Абхазии к России явилось, по мнению автора, закономерным итогом предшествующей борьбы абхазского народа против турецких завоевателей.

Келешбею в монографии уделяется немало внимания. Анализируется его внутренняя и особенно внешняя политика. Весьма подробно описаны перипетии переговоров владетеля с русским военным командованием, контакты с представителями других государств с целью поиска союзников в борьбе за свободу Абхазии (в том числе переписка с представителями наполеоновской Франции). В целом Келешбей и его политика получили высокую оценку автора. Его смерть рассматривалась Г.А. Дзидзария в русле традиционной концепции, и она связывалась с происками Турции.

Примерно в том же ключе рассматривается ситуация в Абхазии и вокруг нее на рубеже XVIII–XIX веков, а так же положительная оценка деятельности Келешбея в первой обобщающей работе по истории Абхазии «Очерки истории Абхазской АССР» [Очерки истории 1960], тем более что главным редактором и автором раздела по данному периоду являлся Г.А. Дзидзария.

И в дальнейшем взгляды Г.А. Дзидзария не претерпели кардинальных изменений. Так, в несомненно главной книге ученого и всей абхазской историографии новой истории — «Махаджирство и проблемы истории Абхазии XIX столетия» [Дзидзария 1975] Келешбею уделена всего пара страниц, но очень емкого содержания. Констатируется, что, возглавив в 1806 году общенародное восстание, он добился полной независимости Абхазского княжества. Более того, в ходе русско-турецкой войны 1806–1812 гг. владетель не дал турецкому командованию высадить десант в Абхазии и превратить ее в базу для своих военных операций [Дзидзария 1975, с. 33]. В вопросе убийства Келешбея, политической ориентации его сыновей, присоединения Абхазии к России исследователь придерживается господствовавшей точки зрения. В написанном Г.А. Дзидзария разделе первого учебного пособия для вузов «История Абхазии» [Анчабадзе, Дзидзария, Куправа 1986] деятельность Келешбея Чачба-Шервашидзе также оценивается как весьма прогрессивная. Отмечается, что он фактически добился политической самостоятельности Абхазии. При этом сближение с Россией рассматривается как единственно возможная альтернатива, избавившая Абхазию от турецкого господства, ставившего Абхазию на грань физического уничтожения. Конечно, последнее утверждение весьма спорно, так как мы знаем, что, несмотря на многовековое присутствие Турции в Абхазии, последняя не стояла на грани демографической катастрофы, как это произошло в результате махаджирства, вызванного в первую очередь колониальной политикой царизма. Что же касается убийства Келешбея, то ответственность за него безапелляционно возлагается на Асланбея и Турцию.

Огромное значение для дальнейшего развития исторической науки Абхазии имела работа С.З. Лакоба «Очерки политической истории Абхазии» [Лакоба 1990], в которой, несмотря на небольшой объем, получили освещение закрытые ранее темы, а ряд известных событий и фактов — новую трактовку. Келешбею посвящен отдельный параграф, в котором владетельный князь обрисован как мудрый правитель, стремящийся к независимости Абхазии. Насильственная смерть Келешбея рассматривалась автором в традиционном ключе.

Знаковым событием в научной и общественной жизни Абхазии начала 1990-х годов стал выход в свет нового учебного пособия «История Абхазии» [История Абхазии 1991]. Написанная в очень острый политический момент, «История Абхазии» стала книгой огромного не только научного, но и общественно-политического значения. Свободная от идеологических уз работа впервые была создана без оглядки на Москву и Тбилиси и смогла показать самостоятельность истории абхазского народа, разрушая многие догмы, утверждавшиеся десятилетиями в науке с подачи Тбилиси. В основу раздела «Новое время» положены несколько переработанные «Очерки политической истории Абхазии» С.З. Лакоба. Перенесен в учебное пособие и параграф о Келешбее. Таким образом, оценка политики Келешбея и причины его гибели были закреплены в официальной советской историографии и оставались практически неизменными все последующие годы, вплоть до распада Советского Союза. В частности, политика Келешбея рассматривалась как весьма прогрессивная. Особенно положительно оценивалось стремление владетеля вступить под покровительство России. Что касается смерти Келешбея, то утвердилась версия дореволюционной российской историографии о причастности к ней «турецкого ставленника» Асланбея.

В постсоветской Абхазии личность Келешбея и его политика приобретают особое значение. Его борьба за самостоятельность рассматривается как очень важный этап этатического развития Абхазии, в силу различных объективных и субъективных причин не получившего тогда продолжения. Наряду с апсха (царем) Леоном, Н.А. Лакоба, В.Г. Ардзинба, Келешбей включается в число знаковых фигур абхазской государственности.

Вместе с тем появляются новые работы, которые по-новому рассматривают разные вопросы истории Абхазии, в том числе начала XIX века. Так, в ряде своих работ С.З. Лакоба по-новому рассматривается личность Асланбея, долгое время носившего клеймо отцеубийцы. Исследователем выдвинута новая версия убийства абхазского владетеля Келешбея, организаторами которого автор, опираясь на малоизученные документы, считает русское командование на Кавказе, с которым у Келешбея сложились непростые, даже враждебные отношения, и мингрельских правителей. В связи с этим ставится вопрос о законности утверждения владетелем Абхазии Сафарбея, а следовательно, и добровольности вхождения Абхазии в состав России [Лакоба 1999; Лакоба 2004]. Эта точка зрения нашла отражение и даже была усилена в школьном учебнике «История Абхазии» [Бгажба, Лакоба 2006] и одноименной монографии [Бгажба, Лакоба 2007]. Гипотеза С.З. Лакоба пользуется поддержкой многих исследователей, хотя в последнее время вокруг нее возникла дискуссия в печати.

Недостаток источников не позволяет, я думаю, считать точку зрения о непричастности Асланбея к убийству отца, несмотря на всю аргументацию и логичность, абсолютно неопровержимой и окончательно закрывающей этот вопрос. Также есть сомнения относительно утверждения незаконности притязаний Сафарбея (Георгия) на владетельскую власть и вхождения Абхазии в состав Российской империи. Келешбей был слишком независим и неуправляем и не мог устроить не одну из держав, боровшихся за господство на Кавказе [Салакая 2010]. Несомненно, поиски новых документов, особенно в зарубежных, и в первую очередь турецких архивах позволят исследователям если и не окончательно решить, то во многом прояснить эти и другие спорные моменты истории Абхазии начала XIX века.

(1) Махаджирство — вынужденное массовое выселение абхазов и представителей других горских народов Кавказа, в первую очередь адыгов (черкесов), с исторической родины в пределы Османской империи в XIX в. Численность абхазских махаджиров по разным оценкам от 100 до 400 тысяч.

Литература

Антелава И.Г. Эпизоды из борьбы Грузии против агрессии султанской Турции XVI-XVIII веков // Материалы истории Абхазии. Сухуми, 1939. Сб. 1.

Антелава И.Г. Очерки по истории Абхазии XVII–XVIII веков. Сухуми, 1949.

Антелава И.Г. Очерки по истории Абхазии XVII–XVIII веков. 2-е изд. Сухуми, 1951.

Анчабадзе З.В., Дзидзария Г.А., Куправа А.Э. История Абхазии: Учебное пособие. Сухуми, 1986.

Басария С.П. Абхазия в географическом, этнографическом и хозяйственном отношениях. Сухум, 1923.

Бгажба О.Х., Лакоба С.З. История Абхазии. Учебник для 10–11 классов. Сухум, 2006.

Бгажба О.Х., Лакоба С.З. История Абхазии. Сухум, 2007.

Дзидзария Г.А. Борьба за Абхазию в первом десятилетии XIX века. Сухуми, 1940.

Дзидзария Г.А. Присоединение Абхазии к России и его историческое значение. Сухуми, 1960.

Дзидзария Г.А. Махаджирство и проблемы истории Абхазии ХIХ столетия. Сухуми, 1975.

Дзидзария Г.А. Труды. Сухум, 2006. Т. III.

История Абхазии: Учебное пособие. Сухуми, 1991.

История СССР. С древнейших времен до Октябрьской революции. М., 1964. Т. IV.

Кудрявцев К. Статьи по истории Абхазии. Сухум, 1922.

Лакоба С.З. Очерки политической истории Абхазии. Сухуми, 1990.

Лакоба С.З. Асланбей. Сухум, 1999.

Лакоба С.З. Абхазия: между двух империй. Саппоро, 2004.

Очерки истории Абхазской АССР. Ч. 1. Сухуми, 1960.

Салакая С.Ш. Вопросы истории Абхазии XIX – начала ХХ века в абхазской советской историографии. Сухум, 2009.

Салакая С.Ш. Присоединение Абхазии к России в абхазской историографии // Россия – Абхазия: 200 лет дружбы и взаимопонимания (материалы конференции в МГИМО 16 марта 2010 г.). М., 2010.

Фадеев А.В. К вопросу о феодализме в Абхазии. Сухум, 1931.

Фадеев А.В. Русский царизм и крестьянская реформа в Абхазии. Сухум, 1932.

Фадеев А.В. Краткий очерк истории Абхазии (с древнейших времен до крестьянской реформы 1870 года). Сухум, 1934. Ч. 1.

Фадеев А.В. Россия и Кавказ первой трети XIX века. М., 19


Возврат к списку


Погода
Яндекс.Погода
Курс валют
Социальные сети
Реклама
Информационные партнёры